фотожурнал

Если вы были ребенком в 60-е, 70-е, оглядываясь назад, трудно поверить, что нам удалось дожить до сегодняшнего дня.

В детстве мы ездили на машинах без ремней и подушек безопасности. Поездка на телеге, запряженной лошадью, в теплый летний день была несказанным удовольствием. Наши кроватки были раскрашены яркими красками с высоким содержанием свинца. Не было секретных крышек на пузырьках с лекарствами, двери часто не запирались, а шкафы не запирались никогда. Мы пили воду из колонки на углу, а не из пластиковых бутылок. Никому не могло придти в голову кататься на велике в шлеме. Ужас!

Часами мы мастерили тележки и самокаты из досок и подшипников со свалки, а когда впервые неслись с горы, вспоминали, что забыли приделать тормоза. После того, как мы въезжали в колючие кусты несколько раз, мы разбирались с этой проблемой. Мы уходили из дома утром и играли весь день, возвращаясь тогда, когда зажигались уличные фонари, там, где они были. Целый день никто не мог узнать, где мы. Мобильных телефонов не было! Трудно представить. Мы резали руки и ноги, ломали кости и выбивали зубы, и никто ни на кого не подавал в суд. Бывало всякое. Виноваты были только мы и никто другой. Помните? Мы дрались до крови и ходили в синяках, привыкая не обращать на это внимания.

Мы ели пирожные, мороженое, пили лимонад, но никто от этого не толстел, потому что мы все время носились и играли. Из одной бутылки пили несколько человек, и никто от этого не умер. У нас не было игровых приставок, компьютеров, 165 каналов спутникового телевидения, компакт дисков, сотовых телефонов, интернета, мы неслись смотреть мультфильм всей толпой в ближайший дом, ведь видиков тоже не было!

Зато у нас были друзья. Мы выходили из дома и находили их. Мы катались на великах, пускали спички по весенним ручьям, сидели на лавочке, на заборе или в школьном дворе и болтали о чем хотели. Когда нам был кто-то нужен, мы стучались в дверь, звонили в звонок или просто заходили и виделись с ними. Помните? Без спросу! Сами! Одни в этом жестоком и опасном мире! Без охраны! Как мы вообще выжили?

Мы придумывали игры с палками и консервными банками, мы воровали яблоки в садах и ели вишни с косточками, и косточки не прорастали у нас в животе! Каждый хоть раз записался на футбол, хоккей или волейбол, но не все попали в команду. Те, кто не попали, научились справляться с разочарованием! Некоторые ученики не были так сообразительны, как остальные, поэтому они оставались на второй год. Контрольные и экзамены не подразделялись на 10 уровней, и оценки включали 5 баллов теоретически, и 3 балла на самом деле.

На переменах мы обливали друг друга водой из старых многоразовых шприцов!

Наши поступки были нашими собственными! Мы были готовы к последствиям. Прятаться было не за кого. Понятия о том, что можно откупиться от Ментов или откосить от армии, практически не существовало. Родители тех лет обычно принимали сторону закона, можете себе представить!? Это поколение породило огромное количество людей, которые могут рисковать, решать проблемы и создавать нечто, чего до этого не было, просто не существовало. У нас была свобода выбора, право на риск и неудачу, ответственность, и мы как-то просто научились пользоваться всем этим. Если вы один из этого поколения, я вас поздравляю!!!!!

Нам повезло, что наше детство и юность закончились до того, как правительство купило у молодежи свободу взамен за ролики, мобилы, фабрику звезд и классные сухарики… С их общего согласия… Для их же собственного блага…

На самом деле в мире не семь чудес света, а гораздо больше. Просто мы с вами к ним привыкли и порой даже не замечаем. Ну разве не чудо первое советское средство после бритья? Помните? Кусочки газеты?!!!!!

А такое чудо, как тюнинг автомобиля Москвич-412? Помните? 5-копеечные монеты по периметру лобового стекла, меховой руль, эпоксидная ручка коробки передач с розочкой и, естественно, милицейская фуражка на заднем стекле.

А резинка от трусов - это же тоже чудо! Ведь она прекрасно держит как трусы, так и колготки и варежки!

Пирожок с повидлом - ну разве не чудо? Никогда не угадаешь, с какой стороны повидло вылезет!

Еще одно необъяснимое чудо - поднимите, пожалуйста, руки те, у кого был нормальный учитель труда… а не инопланетянин?

А такое чудо, авоська с мясом за форточкой? Помните: полез доставать - пельмени упали!

А вот этот вот чудесный мамин развод: “Я тебе сейчас покупаю, но это тебе на день рождения”?!

Или вот эта волшебная бабушкина фраза на прощание: “Только банки верните!”

А холодильник ЗИЛ помните, вот с такой вот ручкой? Это же однорукий бандит!

Дергаешь ручку - сыпятся банки.?!

А, кстати, что до сих пор лежит в холодильниках на дверце сбоку? Нет, не яйца. И не кетчуп. На дверце сбоку лежат… лекарства!

Бесплатная медицина - это тоже чудо. Врач один, а очереди две - одна по талонам, а вторая по записи. А еще и третья была - “Я только спрошу!”

Да, сколько еще их было, этих чудес света…

Маленькое окошко из кухни в ванную - что там смотреть, объясните?

Обувная ложка-лошадка…

Зубной порошок - чистит как зубы, так и серебро…

Писающий мальчик на двери туалета…

Телевизор “Рубин” - берешь пассатижи и тын-тын-тын!

Плавки с якорьком… помните?!

Молоко в треугольных пакетах!

А вы говорите: “Семь чудес света!”

Мы раньше много чего делали такого, что сейчас и в голову не взбредет делать. Более того, если ты сегодня хоть раз сделаешь то, что тогда делал постоянно - тебя не поймут, а могут и за сумасшедшего принять.

Ну вот, например, помните, автоматы с газированной водой. Там еще был стакан граненый - один на всех!!!! Сегодня никому и в голову не придет пить из общего стакана! (Сегодня его украдут через пять секунд после установки автомата, ровно за три секунды до того, как утащат и сам автомат…) А раньше ведь все пили из этих стаканов… Обычное дело! И ведь никто не боялся подхватить какую-нибудь заразу…

Кстати, эти стаканы использовали для своих дел местные пьяницы. И, представьте себе, вы только представьте это - они ВОЗВРАЩАЛИ стакан на место! Не верите? А тогда - обычное дело!

А люди, вешающие простыню на стену, выключающие свет и бормочущие что-то себе под нос в темноте? Секта? Нет, обычное дело! Раньше в каждом доме проходила церемония, которая называлась - задержите дыхание - диафильм! Помните это чудо?! У кого сейчас работает проектор диафильмов?

Дым валит, едкий запах по всей квартире. Дощечка такая с письменами. Что вам представляется? Индийский великий жрец Арамонетригал? На самом деле это вы-жи-га-ние. Обычное дело! Миллионы советских детей выжигали открытки мамам на 8 марта - «Мамочка, поздравляю с международным женским днем. Желаю тебе мирного неба над головой, а твоему сыну - велосипед»… !!!!

А еще все сидели в ванной, причем на опущенном стульчаке, причем в темноте - и светил там только красный фонарь… Догадались? Обычное дело - печатали фотографии. Вся наша жизнь на этих черно-белых фотографиях, отпечатанных собственными руками, а не бездушным дядькой из Кодак… Ну вы же помните, что такое фиксаж?

Девчонки, а вы помните резиночки? Удивительно, но ни один мальчишка на свете не знает правила этой игры!

А сбор макулатуру в школе? До сих пор мучает вопрос - зачем? А я ведь тогда весь папин архив Playboy туда отнес. И мне ничего за это не было! Только мама удивлялась, чего это отец стал так придирчиво проверять мои домашние задания?!

Да, это мы были такими, а вот такими мы стали: ((((((((((((

1. по ошибке, ты печатаешь свой пароль системного доступа на микроволновке

2. у тебя список из 15 номеров, чтобы связаться со своей семьей, которая состоит из 3 человек

3. ты отправляешь e-mail своему коллеге, что сидит в соседней комнате

4. ты потерял контакт со своими друзьями или семьей, потому что у них нет адреса электронной почты

5. после рабочего дня ты возвращаешься домой и отвечаешь по телефону так, словно ты еще на работе

7. ты впадаешь в состояние паники, если вышел из дома без мобильного телефона и ты возвращаешься за ним

8. ты просыпаешься утром и первая вещь, которую ты делаешь - подсоединяешься к Интернету, даже до того, как выпьешь кофе

9. ты склоняешь голову на бок, чтобы улыбнуться

10. сейчас ты читаешь этот текст, ты с ним согласен и улыбаешься

11. еще хуже, ты уже знаешь, кому ты перешлешь это сообщение

12. ты слишком увлечен, чтобы заметить, что номер 6 в этом списке отсутствует

13. тебе понадобилась лишь секунда, чтобы пробежать еще раз по Сообщению и убедиться, что номера 6 действительно нет (C)

Комментарии (4)

ЗАкон ПОВЕДения = Заповедь
Моя Истинная Радость ВАМ = Мир Вам

Комментариев нет

1 комментарий

Английский писатель и критик Мартин Эмис предлагает американцам и европейцам перестать нянчиться с исламом, наплевать на политкорректность и посмотреть правде в лицо. 

Религия — тема скользкая. На Западе для религиозной веры сегодня нет убедительных оправданий — если не считать ими невежество, реакционность и сентиментальность. К Востоку это не относится: мы признаем, что во многих крупных странах религиозные убеждения определяют суть почти каждого человека. И мы согласны, что вера — это всемирно-историческая сила. Мы также видим, что во всех религиях существуют свои террористы — христианские, еврейские, индуистские, даже буддийские. Но эти религии нас не слишком беспокоят. Нас беспокоит ислам.

Хочу, чтобы меня поняли правильно. Мы уважаем пророка Мухаммеда, эту блестящую историческую личность, которая соединяет в себе революционера, воина и правителя. Это и Христос, и Цезарь «с Кораном в одной руке ис мечом в другой», как писал о нем Уолтер Баджот (британский экономист XIX века. — Esquire). Мы уважаем Мухаммеда. Но мы не уважаем Мухаммеда Атту (лидер террористической атаки 11 сентября 2001 года. — Esquire). Мы уважаем ислам. Но исламизм? Трудно уважать духовную силу, призывающую к нашему уничтожению.

Наша сегодняшняя реальность — невероятна и непредставима еще в конце 1990-х годов. Это было время, когда Америка могла позволить себе роскошь целый год заниматься Моникой Левински. Теперь нам кажется, что Моника с Биллом жили в эпоху невинности. С тех пор мир потерпел моральное крушение, сопоставимое по духовным последствиям с Великой депрессией 1930-х. Со стороны Запада — колоссальная сдача позиций, усовершенствованная техника допроса, Гуантанамо, Абу Грейб, две войны, десятки тысяч трупов. Все это надо трезво сопоставить с достижениями противостоящей идеологии. Мне придется еще раз сказать то, что не очень хорошо усвоено: самые фанатичные исламисты хотят уничтожить всех и каждого, кроме самих фанатичных исламистов, при этом любой моджахед считает необходимым избавиться от всех немусульман — либо обратить в свою веру, либо убить.

Исламисты убеждены, что всякому, кто ради «общего дела», разорвет себя бомбой на куски, уготован рай. Сэм Харрис в книге «Конец веры: религия, террор и будущность разума» подчеркивает полноту и быстроту «спасения», которое обеспечивает себе террорист-самоубийца. «Мученичество — единственный способ для мусульманина избежать сурового разбирательства, которое предстоит в День Суда, и проследовать прямо на небеса. Вместо того чтобы столетиями гнить в земле, ожидая допроса, который будут вести гневные ангелы, мученик мгновенно возносится в сад Аллаха…». Помимо девственниц, «подобных жемчугу хранимому», Коран обещает террористу-смертнику вино «из текущего источника — от него не страдают головной болью и ослаблением», а также райское бессмертие его родственникам. И это не единственное его благодеяние для клана, который мог до недавнего времени рассчитывать на вознаграждение в 20 000 долларов из Ирака плюс 5000 из Саудовской Аравии. Терроризм смертников — поразительно чуждое нам явление, чуждое настолько, что западное общественное мнение оказалось неспособно рационально на него отреагировать. Естественно, мало кому хочется подвергать критическому анализу набожность палестинской матери, которая, вырастив одного террориста-смертника, выразила желание, чтобы ее младший сын пошел по стопам брата. Но пора по крайней мере перестать с уважением относиться к ее «гневу». Пора удивиться силе глубоко укоренившейся и яростной идеологии, силе патологического культа смерти.

О самодостаточности или крайнем нелюбопытстве исламской культуры говорили многие. Исламские державы позднего средневековья едва замечали существование Запада, пока они не начали проигрывать ему сражения. Традиция интеллектуальной автаркии была настолько прочной, что ислам оставался безразличен даже к легкодоступным и явно полезным новшествам, в том числе, что невероятно, к колесу. Но ислам оказался-таки восприимчив к европейскому влиянию — к влиянию Гитлера и Сталина. Черты сходства между исламизмом и тоталитарными культами прошлого столетия увидеть нетрудно. Антисемитские, антилиберальные, антииндивидуалистические, антидемократические и, самое главное, антирациональные, эти культы тоже были культами смерти, которая служила для них движущей силой и топливом. Главное различие — в том, что рай, который нацисты и большевики хотели сотворить, был земным, и почву для него должны были удобрить миллионы трупов. Смерть для них все-таки была смертью. Для исламистов смерть — это желанная цель и святыня; смерть — это начало.

Взрывы смертников — это больше чем терроризм. Это хорроризм (от англ. horror — «ужас»). Это предельное зло. Террорист-смертник разжигает ожесточение против людей и в своих потенциальных жертвах. Вспомним поразительно скорую расправу с бразильцем де Менезишем в Лондоне. Или панику на мосту в Багдаде 31 августа 2005 года, спровоцированную ложным слухом. Это и есть плоды сверхтеррора: стоит шепнуть несколько слов, и тысяча человек гибнет в давке. В июле 2005 года я летел из Монтевидео в Нью-Йорк с моей шестилетней дочерью и ее восьмилетней сестрой. Теперь я знаю, что шестилетние девочки могут выглядеть подозрительно, но к моей младшей дочери это не относится. Тем не менее я полчаса ждал, пока сотрудник службы безопасности методично обыскивал ее рюкзачок, разглядывая каждый цветной мелок, прощупывая игрушечного утенка.

Хорошо бы найти более точное слово, чем «скука», для того обессиливающего оцепенения, которое меня охватило.

Мы с дочерьми благополучно прибыли в Нью-Йорк. Там на некоторых станциях метро в порядке борьбы с терроризмом полицейские обыскивали всех пассажиров. И мне невольно представилось будущее, в котором поездка на городском автобусе равнозначна полету на самолете компании El-Al (израильская авиакомпания. — Esquire). В безопасности Лонг-Айленда я смотрел телерепортажи из моего родного города, где находились еще трое моих детей. Показывали лондонцев, идущих 8 июля на работу пешком, напряженных и зорких (на следующий день после взрывов в Лондоне 7 июля 2005 года.) В тот момент я понял, как прав был Эрик Хобсбаум, сказавший в середине 1990-х, что терроризм составляет часть атмосферного «загрязнения» западных городов. Это рентабельная программа. Взорвешь в Нью-Йорке — загрязнишь Мадрид. Взорвешь в Мадриде — загрязнишь Лондон.

Подозреваю, что эпоху террора будут вспоминать и как эпоху скуки. Не той скуки, какую испытывают пресыщенные и избалованные, а сверхскуки, дополняющей сверхтеррор смертников и придающей ему законченность. Скука — это нечто, чего наш противник не ощущает. Поясню: противоположность религиозной веры — это не атеизм. Это независимость сознания. Говоря об эпохе скуки, я имею в виду не очереди в аэропортах и не обыски в метро. Я имею в виду глобальную потерю независимости сознания. Как фундаменталистский иудаизм и средневековое христианство, ислам тотален. Это означает, что он притязает на личность в полном объеме. Личности в нем не существует вовсе, есть только умма — сообщество верующих. Аятолла Хомейни в своих многостраничных сочинениях часто возвращается к этой теме. В большинстве религий, замечает он, верующие считают, что, если они соблюдают все формальные требования, в остальное время могут вести себя более или менее как им вздумается. «Ислам не таков», — твердит нам Хомейни. Ислам следует за тобой повсюду — на кухню, в спальню, в ванную, а после смерти — в вечность. «Ислам» означает «покорность» — отказ от независимости сознания. В 2002 году общий валовой внутренний продукт арабских стран был меньше, чем ВВП Испании; исламские страны далеко отстали от Запада и Дальнего Востока во всех показателях производства, в создании рабочих мест, в технологии, в грамотности, в продолжительности жизни, в развитии человека, в интеллектуальной жизнеспособности. Плюс такие факторы, как тирания, коррупция, отсутствие гражданских прав и гражданского общества. Что не так? Мой ответ таков: всему виной иррационализм, темная логика, лишающая исламский мир таланта и энергии половины его населения. Импульс к рациональному анализу среди мусульман сейчас, несомненно, очень слаб. Но что будет, если мы потратим часть из следующих 300 миллиардов долларов (стоимость военных операций США в Ираке и Афганистане. — Esquire) на подъем самосознания в исламском мире?

Ожесточенность присуща всем религиям и всем идеологиям. Каждая система верований включает в себя долю иллюзии и поэтому не может защищать себя только на сознательном уровне. На нечто обидное или смущающее верующий реагирует гормонально. Никогда не забуду выражение лица привратника иерусалимской мечети Купол Скалы, когда я легкомысленно предложил, чтобы он пренебрег каким-то календарным запретом и пустил меня внутрь. Его лицо, до этого прохладно-приветливое, превратилось в маску, и эта маска заявляла, что он теперь имеет полное право убить и меня, и мою жену, и моих детей. Я понял тогда, что выражение «глубоко верующий» — грубое надругательство над понятием глубины. Нельзя назвать что-то глубоким только потому, что это единственное, что есть в наличии; скорее это глянец, прикрывающий пустоту. Тысячелетний ислам — идеология, наложенная на религию. Одна иллюзия на другую. Здесь не просто тенденция к ожесточенности. Ожесточенность — это все, что здесь есть.

В случае религии, то есть веры в сверхъестественное, в игру вступает прошлое — не 2000 лет, а приблизительно пять миллионов. И тем не менее, пришло время проявить нетерпение. С интеллектуальной и нравственной точки зрения оппозиция к религии уже занимает сильное положение. Независимо мыслящим людям пора теперь бороться и за сильное положение в духовном смысле.

Комментарии (4)